Научные основания религии

***

 

Учение Христа во многих людях возбуждает глубочайшее благо­говение и веру. К числу этих людей отношусь и я. Христианское уче­ние решает вопросы жизни и смерти, настоящего и будущего, вре­менного и вечного — именно так, как бы мне это хотелось. Там, где разум бессилен, религия приходит на помощь и разрешает наши недо­умения.

Под словами «вера» подразумевается не полная уверенность. У одних она сильнее, у других слабее. Есть люди, которые утверждают, что у них полная вера. Но не обманываются ли они невольно? Полная вера дала бы нечто поразительное, и не даром сказал Христос: если бы у вас была вера величиною с горчичное зерно, то вы могли бы по од­ному слову двигать горами. Что-то не видно такой силы. А если её нет, то, стало быть, вера наиболее верующих менее горчичного зерна.

В сущности, мы верим настолько, насколько это определяется на­шим разумом. Однако, у множества чрезвычайно умных и учёных людей, разум, отвлечённый в сторону жизнью, не работает в этом на­правлении, и потому нет большой разницы в силе веры между учёны­ми и не учёными. Ограниченная и недолгая и не упорная работа разу­ма даже разрушает веру.

Я много и неустанно размышлял над вопросами веры в связи с на­учными фактами и нашёл в своём разуме многое, подтверждающее основы веры. Многое в ней осталось для меня неясным, многие во­просы совсем не решены. Но так как разумная вера имеет великую силу и оказалась довольно близка к учению Христа, то я и не думаю, чтобы изложение её оказалось вредным для общества. Пускай суще­ствует 2 веры: одна — чистое христианское учение без натяжки и умствования, другая — научная, ограниченная, неполная. Может быть, наступит время, когда обе сойдутся в одно.

В тех случаях, когда разум бессилен или противоречит вере, можно быть скромным, не полагаясь чересчур на наше весьма неполное зна­ние и нашу, без сомнения, узкую и слабую логику. Будем надеяться, что работа умов, с течением времени, рассеет и последние остатки разногласий.

Наука принимает за несомненное, что количество вещества в мире остаётся неизменным, точно также, как и количество энергии. Откуда же они явились? Ум не мирится с существованием вселенной без при­чины. Существование мира есть чудо, которое никогда не перестанет удивлять размышляющего человека. Ничто вещественное, ничто су­ществующее в мире не может создать ни одного атома материи. Что же за причина создала бесконечную вселенную. Эту сверхъестествен­ную причину мы называем Богом.

Поэтому, кто признает существование причины, тот должен при­знать и существование Бога, потому что-то и другое означает одну и ту же сверхъестественную сущность.

Если бы мы ещё могли создавать частицы вещества или если бы они создавались как-нибудь миром, то мы могли бы сказать, вселен­ная сама себя создаёт, ведь этого нет и потому мы должны признать существование особой Силы, явившейся ещё до создания вселенной и бывшей её причиною.

Найдутся люди, которые скажут: «Не лучше ли обойтись без при­чины; мир существует сам по себе, а до причины нам нет дела, потому что она все равно останется для нас непостижимой; не принять ли в основание всех вещей одну основу — мир! Приняв его причину, вы только одно понятие заменяете другим ещё менее понятным».

Но, во-первых, вселенная и её причина — два предмета совершено различные, во-вторых, приняв в основу мир мы сузим свои понятия и лишимся чрезвычайно интересных выводов. Далее — свойства причи­ны вовсе не так недоступны, как вы думаете: о них можно судить по свойствам вселенной, как по зданию судят об архитекторе и рабочих.

Наконец, громадная часть человеческая не удовлетворится мыслью о мире, как о причине самого себя; даже с научной точки зрения, с точки зрения фактов — это нелепость: мир может быть создан только чем-то высшим, ничего общего с матернею не имеющим. Что челове­чество не удовлетворяется пантеизмом, это видно из множества рели­гий, в основу каждой из которых положена мысль о высших всемогу­щих существах, составляющих причину явлений. Эти существа созда­ли, подобно зодчим, море, землю, небеса, человека и животных. Веро­вание наивное, однако, в корне его лежит истина, потому что можно понять развитие мира из туманности, но нельзя понять самостоятель­ное появление этой туманности, притом заключающей в себе все за­гадки последующего блеска, роскоши и богатства настоящего миро­здания.

Приняв причину, как требование разума или сердца будем судить о её свойствах. Причина эта создала мир, следовательно, она чудодей­ственна, потому что никто и ничто не может создать ни одной части­цы материи, силы или духа.

Выводы отсюда следующие. Так как была Сила, которая когда-то создала целую вселенную, то эта сила и теперь, и прежде, и всегда может делать то же самое, т.е. чудеса: создавать материю, силы и ду­хов.

Она может моментально уничтожить весь мир или часть его, пото­му что кто создал, тот имеет достаточно силы уничтожить.

Судя по величию и громадности чудесного творения, приходишь невольно к мысли, что едва ли для нашего Творца есть что-нибудь невозможное.

Совершает ли чудеса творец в настоящее время — мы не знаем; со­вершал ли прежде, об этом каждый пусть судит по-своему: он может верить или не верить свидетельству множества благороднейших лю­дей. Что касается до меня, то я убеждён, что они возможны и думаю, что некоторые из них были действительно. Будет ли совершать при­чина ещё чудеса — это известно только ей одной.

Из земного шара можно сделать 1 000 миллионов планет по 12 вёрст диаметром каждая. Масса каждой из этих планет в 15 раз боль­ше массы всего человечества.

Наше солнце так велико, что из него можно скатать больше мил­лиона огненных шаров, величиною с Землю.

Люди в свои слабые инструменты насчитывают не меньше 200 миллионов солнц и многие из них в десятки раз больше нашего солн­ца.

Есть звезды, из которых можно слепить несколько тысяч солнц, таких как наше.

Вокруг нашего солнца кружиться более 400 планет. Сколько же планет насчитаешь вокруг всех солнц вселенной!

По всей вероятности, многие из планет приспособлены для обита­ния различных существ, хотя, может быть, и весьма своеобразной ор­ганизацией. Сколько же существ приютилось вокруг солнц видимого нами уголка вселенной? Сколько, наконец, существ прокармливает, одевает и живит вся вселенная — видимая и невидимая!

Все предыдущее, несомненно, указывает на величие Причины и отчасти на благость ее.

Действительно, не назовём ли мы благодетельным человека, про­кармливающего своими трудами сотню беспомощных детей. Тем бо­лее не можем мы не назвать благим отца вселенной, содержащего в своём доме бесчисленные миллиарды существ.

book2Вы прочитали только начало статьи К.Э. Циолковского.

Хотите прочитать всю статью целиком? Во фрейме, расположенном в верхней части данной страницы, вы найдёте полный текст этой статьи.

Приятного прочтения!