Пифагор. Фантазия

***

 

Пифагор убедился, что Земля имеет форму шара. Высказывал он эту мысль домашним, знакомым, но те только добродушно смеялись.

Однажды эту мысль он вздумал доказывать толпе, собравшейся по какому-то случаю на площади.

Долго говорил народу Пифагор. С удовольствием слушали умные речи, но плохо понимали. Нравились воодушевлённые и пылкие сло­ва, блистающие глаза, мимика и жесты.

Из толпы к Пифагору приблизился какой-то большеголовый малый лет 30 и сказал оратору, когда тот на время умолк.

— Ты говоришь, что Земля похожа на шар. Как можно с этим согла­ситься! Шар гладок, а мы видим кругом себя бесчисленные неровно­сти, пропасти и горы. Ты скажешь, что это только вблизи, а издали Земля также шарообразна, как мячик. Но вот взойдём отсюда на са­мую высокую гору и посмотрим кругом. Опять мы видим неровности и громадную площадь. Скорее Земля похожа на поверхность круглого стола с кучами камней.

— Если бы Земля была шаром, то на чем бы она держалась! Этот шар полетел бы в бездну и расшибся бы о какое-либо встретившееся на пути препятствие. Да и как на шаре могли бы жить люди? Ведь человек не имеет цепких когтей, как у кошки и лип­ких лапок, как у некоторых насекомых, чтобы ходить вверх ногами! На твоём шаре опасно было бы жить: зайдёшь далеко и скатишься в бездну. Все океаны должны бы стечь с твоего шара. Ты можешь на­лить немного воды в углубление этого стола, но на шаре никакая жидкость не удержится. Как же могут удержаться беспредельные океаны?..

Толпа сначала слушала неохотно спорщика, но по мере того, как он говорил, всё более и более одобряла его своими возгласами. То и дело кричали: «Однако это верно… так… несомненно…»

Под конец речи был неудержимый хохот над смутившимся и огор­чённым Пифагором. Иные даже озлобились и говорили между собою: «Никогда мы не слыхали ни от кого подобных глупостей, какие слы­шали тут от Пифагора. Если он сумасшедший, то пусть родные на­блюдают за ним и держат его дома. Если же он морочит народ, то мы не понимаем, к чему это. Мы знаем много книг, написанных самыми почтенными людьми, уже умершими, святыми и даже богами — и ни в одной ничего подобного не говорится. Не смеётся ли он над людьми со своей учёностью? Боги не могли создать Землю в смешном виде. Это глумление над богами… Неужели он умнее всех мудрецов, от которых мы никогда ничего похожего не слышали! Какое честолюбие! Не воображает ли он себя выше Бога. Знаем родных Пифагора, и зна­ем, что он земного происхождения…»

Такие речи также нашли сочувствие и вызвали шиканье, свист и ругань по адресу Пифагора. Бросали и камнями, хотели колотить бед­ного философа, когда он вздумал было резко возражать, теряя само­обладание.

Едва дошёл совершенно расстроенный Пифагор до дому.

Теперь родные уже наблюдали за Пифагором, да и сам он видел, что нажил неприятности и врагов. Тяжело было выходить со двора, особенно туда, где было много народу. Сейчас же распространился слух, что появился на улице безумный и дерзкий Пифагор, уверявший народ в шарообразности Земли и считавший себя умнее всех.

Мало выходил Пифагор из дома и уже не рисковал больше говорить с толпой.

Все же у него были и друзья, и ученики, которые больше понимали, чем народ; хотя они возражали учителю, но, в конце концов, были побеждены его логикой.

Вот как убеждал Пифагор в шарообразности Земли людей, близких к нему по умственному развитию.

— Прежде всего, я докажу, — говорил он, — что Земля ограничена и не имеет никакой подставки, т.е. ни на чём не лежит и ни с каким дру­гим телом не сообщается… Вы видите, как каждый день заходят за Землю Солнце, Луна и бесчисленные звёзды и как они снова появляются и восходят с противоположной стороны Земли. Ясно, что они обходят кругом Землю, а, стало быть, и не встречают никаких препят­ствий при своём течении.

— А может быть они проходят через какие-либо каналы в Земле, — возразил один из юных слушателей.

— Какое же множество для этого понадобилось бы каналов, — отве­тил Пифагор. — Ведь звёзд такое множество! Притом Луна и Солнце восходят и заходят в разных местах, так что для них понадобился бы канал шириною в 47 градусов. Не проще ли допустить, что Земля есть ограниченная масса, подобная Луне или Солнцу. Тогда свободное движение небесных тел вокруг неё объясняется очень просто.

— Но в таком случае Земля бы упала в бездну, — заметил кто-то, — и, кроме того, на другой стороне её не могли бы удержаться никакие предметы.

— А как же Луна, Солнце и звёзды!.. Держатся на них предметы и совершают они своё правильное движение, никуда не падая, — возра­зил Пифагор.

— То другое дело: это тела небольшие небесные, ничего общего с Землёй не имеющие. Может быть, даже это простые светочи в руках богов, или сами боги. А, может быть, они прикреплены к кристальным вращающимся сферам.

— Мы и наша Земля – частица Вселенной, как и звёзды. Поэтому и Земля подобна им. Мы поймём это лучше, продолжал Пифагор, если допустим, что тяжесть Земли и звёзд зависит от них самих и заключа­ется в их серёдке, в притяжении их вещества. Держатся же на мокром шаре разные прилипшие к нему песчинки и другие лёгкие тела. При­тягивает же натёртый янтарь всевозможные вещества.

— То янтарь, а то Земля, — возразил один из его последователей. — Но всё же проще будет то, что ты говоришь, чем эти бесчисленные каналы в Земле, делающие её чересчур и странно дырявой. Странная и таинственная тяжесть, влекущая всё в одну сторону… Мы готовы с этим согласиться, но почему ты думаешь, что Земля имеет форму ша­ра, а не цилиндра или куба? — спросили его друзья.

— Опять-таки скажу: Земля есть одно из тел Вселенной. В ней же мы видим только круглые тела. Естественно, что и Земля кругла… Вот вам ещё подтверждение.

— Представьте себе, — продолжал Пифагор, — вы видите огромный ровный стол. Его поверхность имеет вид плоскости. Теперь вообрази­те себе на нём два человека. Они всегда будут видеть друг друга, как бы далеко не стояли. На Земле этого нет. Я не буду говорить про су­шу, потому что там много неровностей, которые могут сбить с толку, но возьмём море в тихую, по возможности, погоду. Каждый корабль высотою в 5 сажен скрывается от нас на расстоянии 11 вёрст. Значит Земля не плоская.

— Но корабль вообще совсем и не виден на таком расстоянии, -заметил один из учеников…

— Его присутствие можно сделать заметным, если на вершине ко­рабля поместить хорошее зеркало и отражать им солнечный свет по направлению к наблюдателю. Зеркало будет сверкать до тех пор, пока судно не пройдёт 11 вёрст. (Этот опыт решили произвести ученики. После беседы они исполнили своё намерение, после чего уже меньше спорили с учителем. То же можно было сделать безлунной ночью с ярким фонарём на мачте).

book2Вы прочитали только начало статьи К.Э. Циолковского.

Хотите прочитать всю статью целиком? Во фрейме, расположенном в верхней части данной страницы, вы найдёте полный текст этой статьи.

Приятного прочтения!