Радость без расплаты

***

 

Я высказывал мысль: количество радостей или приятных ощущений, в течение всей жизни любого смертного существа, равно количеству ощущений неприятных, или горестных.

Противоречие в следующем. Положим, человек или другое смертное животное живёт только до тех пор, пока не начнётся уклон к старости и к тяжести жизни. У человека этот период начинается с 30, 40 или 50 лет, смотря по темпераменту и условиям. Когда начнётся у человека жизненная тягота, убьём его безболезненным способом. Врачи уверяют, что такой способ есть. В самом деле, если устроить машину, которая в тысячную долю секунды или ещё скорее (это теоретически возможно) раскрашивает человека на мельчайшие кусочки, то как это разрушение может ощущать человек? Оно не должно сопровождаться мукой, так как не может отразиться на нервах по своей кратковременности, не может запечатлеться памятью.

А если так, то возможно вечное блаженство или приятная жизнь без расплаты. Ведь, в общем, животное в течение первых лет жизни получает более хорошего, чем плохого.

Можно вообразить бесстрастный организм, который не будет терпеть мучений: от голода, жажды и других желаний. В молодости он будет только воспринимать, создавать идеи, а потому получит известную сумму непрерывного счастья. Конечно, возможен и организм, непрерывно и совершенно возобновляющийся, т.е. бессмертный. Но это оставим и вообразим только, что он при наступлении тяжести жизни безболезненно умирает, или уничтожается искусственно. Затем та же материя снова воплощается, животное как бы пробуждается от сна и начинает опять радостную жизнь. И так без конца.

Вот вам и схема вечного блаженства. Неужели это возможно? Как будто – да. По крайней мере, с точки зрения современной медицины, допускающей безболезненные способы умирания.

Но это выйдет своего рода перпетуум мобиле. Механика его отрицает, но сама природа, космос в его целом, подтверждает возможность вечного движения и жизни. Может быть и наша гипотеза, высказанная в «Нирване», окажется настолько же ложной, как невозможность вечно работающей машины. Сама природа представляет образец такой машины. Но если она в целом такова, то и некоторая её часть может представить то же.

Как бы это было хорошо. Однако безболезненность смерти едва ли возможна. Как доказать, что смерть от морфия не причиняет мучений! Или моментальное раздробление человека не сопровождается кратким, но ужасным лучением, которое кажется громадным, т.е. длинным, благодаря его силе.

Конечно, утешительно в это не верить, но рискованно. Оно может быть и так, но не мешает осторожность – тем более, что она нам может быть, во всяком случае, полезна.

Если поверить моей старой гипотезе, то можно получить множество добрых указаний, которые сделают нашу жизнь более ровной, здоровой и деятельной.

Каждый думает о том, как бы нахватать побольше наслаждений. И что же — он их хватает, но жизнь становится все невыносимей и невыносимей в промежутках между удовлетворением страстей. Вместо радости, человек получает муки, жалуется на тягость жизни, разрушает здоровье, рано стареет и подготовляет себе мучительную кончину. Работоспособность ничтожна и даже исчезает. Человек становится бесполезным для общества.

book2Вы прочитали только начало статьи К.Э. Циолковского.

Хотите прочитать всю статью целиком? Во фрейме, расположенном в верхней части данной страницы, вы найдёте полный текст этой статьи.

Приятного прочтения!